Вы здесь

Ключевые слова: рождение

Описание церемонии поздравления вельможами и иностранными министрами великой княгини Екатерины Алексеевны по случаю рождения великого князя Павла Петровича.

Не ранее 1 ноября 1754 г.
Российский государственный архив древних актов.
Ф. 156. Оп. 1. Д. 32. Л. 9–12 об.
Подлинник.

После крестин при дворе начался ряд торжественных праздников по поводу рождения Павла: балы, маскарады, фейерверки длились около года. М.В. Ломоносов в оде, написанной в честь Павла Петровича, желал ему сравниться в делах с великим его прадедом, пророчил, что он освободит Святые места, перешагнет стены, отделяющие Россию от Китая.

Через шесть недель после рождения сына во вторник 1 ноября 1754 г. великая княгиня Екатерина Алексеевна принимала поздравления в связи с этим «сидя в постели». В половине десятого часа ее посетили члены св. Синода, обер-офицеры и штаб-офицеры гвардейских, артиллерийских, инженерных, полков, морского флота, представители «пяти классов обоего пола особ». В 11 часов приехали «чюжестранные министры второго ранга». В 12 часов свое почтение великой княгине выразил («римской имперской посол») граф И. Эстерхази. Он находился на особом положении, так как Иосиф II и его супруга императрица Вильгельмина были восприимниками при крещении великого князя Павла Петровича.

Между тем его мать великая княгиня Екатерина Алексеевна оказалась в крайне трудном положении. Сразу же после рождения Павла забрала к себе императрица Елизавета Петровна. В своих записках Екатерина II писала: «Только что спеленали его, как явился по приказанию императрицы духовник ее и нарек ребенку имя Павла, после чего императрица тотчас велела повивальной бабке взять его и нести за собою, а я осталась на родильной постели... Лежа в постели, я беспрерывно плакала и стонала, в комнате была одна». Увидеть сына его матери снова пришлось лишь через 6 недель, когда она принимала очистительную молитву. Тогда императрица во второй раз пришла к ней в комнату и распорядилась принести к ней Павла. (Первый раз она посетила Екатерину Алексеевну после крестин 25 сентября и преподнесла ей на золотом блюде указ о выдаче ей из Кабинета 100000 рублей.) «Он показался мне очень хорош, – пишет Екатерина, – и вид его несколько развеселил меня, но как скоро молитвы были окончены, императрица тотчас приказала унести его и сама ушла». В третий раз Павла показали матери по ее просьбе лишь весной 1755 г., по случаю отъезда великокняжеской четы в Ораниенбаум; чтобы добраться до его спальни, она должна была пройти чрез все покои государыни и нашла его в страшной духоте. Екатерина вспоминала: «Он лежал в чрезвычайно жаркой комнате, во фланелевых пеленках, в кроватке, обитой мехом черных лисиц, покрывали его стеганым на вате атласным одеялом, а сверх того еще одеялом из розового бархата… пот выступал у него на лице и по всему телу. Когда Павел несколько подрос, то малейшее дуновение ветра причиняло ему простуду и делало его больным. Кроме того, к нему приставили множество бестолковых старух и мамушек, которые своим излишним и неуместным усердием причинили ему несравненно больше физического и нравственного зла, чем добра».

«Описание церемонии, с которою ее императорское высочество великая княгиня по прошествии шести недель после благополучного ее высочества разрешения от бремени государем веливим князем Павлом Петровичем изволила, сидя в постели, принимато всенижайшие поздравления, как от здешних обоего пола знатных особ, так и от посла и протчих второго ранга чужестранных минстров.

Во вторник 1-го ноября 1754-го года синодальные члены, пяти классов обоего пола особы, тако ж гвардии полков, морского флота, артиллерийского, инженерного и кадетского корпусов обер-офицеры, а напольных и гарнизонных полков стап-офицеры и протчие, в оных же стап-офицерских рангах состоящие чины съехались в Летний ее императорского величества дом в покой их высочеств, перед обедом в половине 10-го часа, дамы в самарах, а кавалеры в богатом платье для всенижайшего ее императорскому высочеству великой княгине поздравления с благополучным ее высочества от бремени разрешением. Приезд был к крыльцу их высочеств, что со стороны реки Фонтанки».