Вы здесь

Ключевые слова: следствие, самозванец

Запись показаний самозванки Таракановой, называвшей себя дочерью императрицы Елизаветы Петровны, с опровержениями ее слов, составленными в ходе следствия.

[После 29 июня] 1775 г.
Российский государственный архив древних актов.
Ф. 6. Д. 531. Л. 144 об.–145.
Синхронная копия.

В составе Государственного архива Российской империи.

В 1772 г. в Париже появилась молодая особа, которая называла себя дочерью императрицы Елизаветы Петровны. Она-то и вошла в историю под именем княжны Таракановой, хотя сама себя так никогда не называла. Возраст ее видимо приближался к тридцати годам. Она была красива, свободно говорила по-французски и по-немецки, изъяснялась по-итальянски, понимала английский. Впервые объявление ее прав на российский престол самозванка сделала в Рагузе, куда она прибыла в сопровождении князя Радзивилова и некоторых других польских эмигрантов. Получив сообщение Сената Рагузской республики о появлении самозванки, Екатерина II поручила командующему русской эскадры графу Орлову заманить Тараканову на корабль и доставить в Россию.

Екатерина II бесконечно доверяла генерал-фельдмаршалу князю Александру Михайловичу Голицыну (1718–1783) и он входил в круг самых близких ей людей. Ему и было поручено расследование всего дела самозванки, помещенной в Петропавловскую крепость. Екатерина II придавала большое значение этому делу, полагая, что в результате следствия будут получены ценные сведения о происхождении самозванки и о других участниках заговора. В течение июня 1775 г. продолжались допросы Таракановой. Екатерина II в письме к фельдмаршалу князю А.М. Голицыну от 29 июня 1775 г. лично приказывала допросить самозванку о всей ее жизни, а особенно о том, когда, где и по чьему совету она приняла на себя самозванство, и кто ее были ее первые помощники и советники. В первом доношении Голицына дается описание внешности Таракановой: «Росту она среднего, сухощава, статна, волосы имеет черные, глаза карие и несколько коса, нос продолговатый с горбом, почему и походит она лицом на италианку».

На основании писем императрицы А.М. Голицын составил вопросные пункты и привлек для допросов самозванки переводчика с французского языка Василия Ушакова, который также дал обет молчания. К этому времени были переведены письма Таракановой к султану, министру неизвестного двора, графу Орлову, где ясно было сказано о ее претензиях на русский престол. Для уличения Таракановой из ее показаний и допросов других лиц по распоряжению императрицы были составлены специальные пункты, которые, по мнению Екатерины II ясно указывали на лживость слов самозванки.

А.М. Голицын постоянно сообщал Екатерине II о состоянии здоровья арестантки, которая угасала от чахотки со дня на день. На многочисленных допросах она так и не раскрыла тайну своего происхождения и умерла 4 декабря 1775 г. Архивные документы свидетельствуют, что предание о трагической гибели Таракановой во время наводнения в Петербурге, послужившее сюжетом для известной картины К.Д. Флавицкого «Княжна Тараканова», вымышлено.

«14. в последнем своем показании говорит она, что уже о самозванстве уведомлена она от Али, коего она называла неизвестным князем; но в другом месте открывает, что сей Али брат поконыя ж императрицы, следовательно ей дядя. В сих ее бреднях и вымыслах доказать тем 1-е, что покойная государыня детей конечно не имела, то не токмо вся Россия, но и вся Европа известна; 2-е, не явна ли ее ложь и то, что как она говорит, якобы была в Сибире, а Али в Персии, то как же не зазирает ее совесть и не страшится она правосудия, что хочет в таком ощутительном лганье и вымысле уверить и дать вид истинны, потому что она, будучи девка, но Петр Третий послал ее из Голстинии в Сибирь, а Али как мужескаго рода отдалил в Персию.

15. В первых ее изречениях выходило, что она из Гостинии привезена в Сибирь, а оттуда поп увез ее в Персию, а из Персии уже чрез Астрахань в Европу. Но в бумагах, писанных ею, видно, что будто она была уже в Украине у гетманского брата Разумовского, и наконец дает такой вид, что она гетмана Разумовского дочь».